Статья освещает особенности работы М.Н. Жиркова по формированию сети корреспондентов из числа хористов Якутского государственного хора, созданного им при Якутском драматическом театре, и сельских ак-тивистов, интересующихся якутской народной музыкой, а Деятельность выдающегося общественного деятеля, первого якутского композитора и исследователя музыкального фольклора М. Н. Жиркова поло-жила начало изучению традиционного музыкального фольклора якутов и способствовала возникновению такого научного направления, каким являет-ся сейчас якутское этномузы-кознание. Работая научным сотрудником Института языка,литературы и истории Якутско-го филиала СО АН СССР, он собрал большой фактологический материал по народной музыке якутов. Он "стал заниматься собиранием якутских народных напевов примерно с 1933 г. и не оставлял этой работы почти до самой своей смерти в апреле 1951 года. За этот период он нотировал около 450 напевов" [Кондратьев,1963, с. 13]. Большую роль в фиксации якутского песенного фольклора играла корреспондентская сеть, созданная им под влиянием идей якутских фольклористов, в частности А.А. Саввина и С.И. Боло, которые во время работы Вилюй также специфику работы с корреспондентами. Ставится проблема нотации якутских народных песен, которой М. Н. Жирков уделяет особое внимание, в том числе отдельно рассмотрена проблема нотной записи якутских народных песен стиля дьиэрэтии ырыа, которая не укладывается в ев-ропейскую нотацию. Новизна и актуальность исследования связаны с тем, что впервые изучаются особенности методики работы М.Н. Жиркова с корреспондентами. Результатом работы стало установление того факта, что методика работы с корреспондентами, перенятая от якутских фольклористов А.А. Саввина и С.И. Боло, получает развитие у М.Н. Жиркова в организации работы с корреспондентами-хористами, а также им разрабатывается отличная от европейской нотации нотная запись якутских народных напевов.

Лексика пищи является неотъемлемым фрагментом языковой картины мира. Состав данного пласта лексики зависит от социально-культурных особенностей быта народа. Классификация наименований пищи является типичной для всех языков - мясная, молочная, рыбная, растительная, мучная, напитки и т.д. Количественный состав тех или иных наименований внутри тематической группы зависит от характера традиционных занятий народа. Изучение лексики пищи в якутском языке подразумевает собой синтез анализа этнографических и лингвистических источников. Данная группа лексики образована на основе исконно тюркского пласта с заимствованными вкраплениями. Наиболее многочисленными из них являются тунгусо-маньчжурские заимствования, которые сыграли существенную роль в становлении не только гастрономической культуры, но и якутского языка в современном облике. По материалам лексикографических источников рассматриваются заимствованные из эвенкийского, эвенского языков наименования пищи (блюд) в якутском языке. В результате сплошной выборки обнаружены лексические заимствования, которые в якутском языке причисляются к диалектным словам. Анализ показывает, что были заимствованы в основном названия мясных и рыбных блюд, способов их приготовления. Отсутствие заимствованных из языка эвенков и эвенов названий молочных блюд отражает особенности рода занятий этих народов. Семантика проанализированных лексем имеет незначительные различия, связанные с видом или сортом рыбы (озерная, речная), мяса (лось, медведь, олень), со способами приготовления, которые остались в основном неизменными. Словообразовательные аффиксы, фонетический облик диалектных слов также восприняты почти без изменений. Факт такой сохранности свидетельствует о том, что культурное освоение северного ландшафта происходило в течение продолжительного времени. Рассмотренные лексемы являются свидетельством передачи культурного опыта, следствием взаимовлияния якутского и тунгусо-маньчжурских языков на обширной территории современной Якутии. В перспективе исследование лексико-тематической группы "Пища" в русле языка и культуры может восполнить языковую картину мира коренных народов Якутии.
Food vocabulary is an integral part of the linguistic picture of the world. This layer of vocabulary depends on the socio-cultural changes in the life of the people. Usually, the classification of food names is typical for all languages - meat, dairy, fish, vegetable, flour, drinks, etc. Quantitative ratios depend on traditional occupations, which in one way or another prevail or play an insignificant role in the life of the people. The study of food vocabulary in the Yakut language is a synthesis of the analysis of ethnographic and linguistic sources. The Yakut cuisine was formed on the primordial Turkic layer with borrowed inclusions. Of these, the Tungus-Manchu borrowings are one of the main ones, which played a significant role in the formation of not only gastronomic culture, but also the Yakut language in its modern form. The borrowed names of food (dishes) from the Evenk, Even languages in the Yakut language are considered on the basis oflexicographic sources. As a result of a continuous sampling method, dialect words were found, which are words related to lexical borrowings. The names of the food show that mainly meat and fish dishes and their methods of preparation were borrowed. The absence of names for dairy dishes appealsto the occupation of the Evenks and Evens. The semantics of the analyzed lexemes have insignificant differences associated with the type or variety of fish (lake, river), meat (elk, bear, deer), with cooking methods that have remained largely unchanged. Derivative affixes, the phonetic appearance of dialect words are also perceived almost unchanged. The fact of such preservation indicates that the cultural development of the northern landscape took place for a long time. The lexemes considered are evidence of the cultural experience transfer, a consequence of the mutual influence of the Yakut and Tungus-Manchu languages in the vast territory of modern Yakutia. In the future, the study of the lexico-thematic group "Food” in the mainstream of language and culture can fill the linguistic picture of the world of the indigenous peoples of Yakutia

В статье ставится цель проанализировать языковую специфику междометий в структуре фольклорного текста. В качестве материала взят выдающийся якутский героический эпос олонхо «Нюргун Боотур Стремительный», созданный П. А. Ойунским. Данный эпос был переведен на башкирский язык в рамках проекта «Издание взаимопереводов эпосов народов мира». Задачи исследования заключаются в выявлении междометий, которые используются в олонхо; в стремлении установить грамматические и семантические особенности междометий, специфика которых обнаруживается при переводе эпического произведения с якутского на башкирский язык. Для решения поставленных задач в работе в качестве основного используется метод сравнительного анализа, а также функционально-семантический метод. С их помощью устанавливаются языковые нюансы перевода с одного тюркского языка на другой, выясняется, какими средствами наиболее адекватно передается оригинальный текст в переводе. Актуальность исследования обусловлена необходимостью изучить языковые возможности достижения адекватности или эквивалентности текста при переводах фольклорных эпических произведений с родственных языков, в т. ч. с учетом особенностей перевода отдельных частей речи. Новизна исследования заключается в том, что впервые междометия башкирского и якутского языков, используемые в фольклорном тексте, подвергаются анализу в аспекте перевода. Подобное изучение способствует более глубокой проработке в сравнительном плане функционально-семантических возможностей целой тематически организованной группы слов в родственных языках, помогает выявить их жанровое языковое своеобразие, присущее конкретным языкам. Междометия передают чувства, душевные переживания героев произведения, классифицируются на универсальные, понятные всем языкам, общие для тюркских языков или специфические (такие составляют большинство). Отнесенность междометий к безэквивалентной лексике обусловила их передачу в процессе перевода посредством транскрипции, грамматически не изменяя слова, что обеспечивает сохранность самобытности, национальной специфики и культурного колорита текста-источника. Оригинальные, глубоко национальные междометия, используемые в олонхо, способствуют воссозданию уникального мира олонхо, помогают постичь глубокие тайны духовного наследия якутов, а перевод позволяет другим народам прикоснуться к духовной сокровищнице народа. Представленное исследование имеет перспективу для дальнейшего изучения особенностей функционирования частей речи в языке фольклора.

Статья посвящена анализу городского самоуправления Якутска в 1919 г., особое внимание уделено его состоянию в период Гражданской войны и последующей ликвидации городского управления после большевистского переворота. Исследование освещает выборы и структуру городского управления при А.В. Колчаке с учетом принципов историзма и объективности. В результате анализа стало ясно, что в декабре 1918 г. правительство ограничило избирательные права горожан. Последние выборы в городскую думу прошли в 1919 г., был сформирован новый состав органов городского самоуправления.
The article explores the historical context of city self-government in Yakutsk during the revolution, addressing the lack of historical research on this topic during the Civil War in Russia. The study aimed to analyze the structure of self-government institutions, personnel composition, and the electoral process, considering the factors influencing these processes during the social upheaval of the Civil War. It also examines the liquidation of city selfgovernment following the Bolshevik coup in December 1919, including the subsequent arrest of its members. The scientific innovation lies in providing the first comprehensive representation of the election process and the personal composition of the Yakutsk city government (City Duma and City Council) during Admiral A.V. Kolchak's reign, using a methodology based on historicism, objectivity, consistency, and comprehensiveness. The retrospective method revealed cause-and-effect relationships and recurring patterns in the historical evolution. In December 1918, Admiral A.V. Kolchak aned the decree issued by the Provisional Government in April 1917 and amended city government elections, limiting citizens' electoral rights through changes to the electoral qualifications. The last elections were held in the fall of 1919, resulting in a city self-government consisting of 25 members with an average age of 47.96 years, predominantly holding official or employee positions and having secondary education. The composition and number of members of the city self-government changed multiple times, and the city authorities continued to rely on the city regulations of 1892 when forming the executive committees. On the night of December 14-15, 1919, the local Yakutsk garrison executed an armed revolt and apprehended Admiral A.V. Kolchak's followers. From December 15, 1919 to January 1, 1920 Soviet power entities were established, marking the dissolution of the city government and the subsequent arrest of its members.